Новости
Специалисты негативно относятся к возможному запуску БЦБК
Премьер-министр РФ Владимир Путин подписал постановление от 13 января 2010 года «О внесении изменений в перечень видов деятельности, запрещенных в центральной экологической зоне Байкальской природной территории». Оно разрешает производство целлюлозы, бумаги, картона и изделий из них без использования бессточных систем водопользования на производственные нужды. Постановление напрямую касается Байкальского целлюлозно-бумажного комбината. Оно означает, что законодательных препятствий для запуска комбината сегодня нет.
Также первое в новом году постановление разрешает сжигать отходы, что раньше запрещалось. Теперь запрещено «обезвреживание отходов производства и потребления путем сжигания без очистки выбросов до нормативного качества». Иными словами, выбросы допустимы, если они «очищены». Следует сказать, что постановление касается не только БЦБК, но и любого другого промышленного предприятия, расположенного на берегах озера.
Мы попросили прокомментировать ситуацию специалистов: экологов, ученых, политиков.
Марина Рихванова, сопредседатель общественной экологической организации «Байкальская экологическая волна», сказала Телеинформу:
– Пуск БЦБК – это смертельный приговор Байкалу. Борьба с БЦБК привела к тому, что появился Закон о защите Байкала. И появился аргументированный перечень запрещенных видов деятельности. Далее появились законы охраняющие Байкал. И теперь вся эта работа – псу под хвост. Это, по сути дела, смертельный приговор.
Когда принимался Закон о Байкале, было много его версий. Борьба целлюлозников за свое право на жизнь на берегах Байкала привела к тому, что этот закон получился очень рамочный, и к нему требовалось много подзаконных актов, которые уже конкретно определяют и границы охраняемых зон и то, что можно и чего нельзя в этих зонах делать. Но, тем не менее, несмотря на борьбу целлюлозников, перечень запрещенных видов деятельности появился. В частности, на запрет сброса сточных вод целлюлозно-бумажного производства. Это вынудило БЦБК искать варианты, как сделать систему водооборота замкнутой. Но выяснилось, что замкнутая система существовала только на бумаге. В действительности ее нет. Иначе им ничего бы не стоило сейчас выполнить другое постановление правительства РФ от 18 июля прошлого года и открыться в замкнутом цикле водооборота. Но пришел новый директор, и тайное стало явным: было открыто заявлено, что для того, чтобы наладить замкнутый цикл, требуется два с половиной года. Следовательно, вся предыдущая активная деятельность по внедрению замкнутого цикла – пыль в глаза.
Это один вопрос. Другой – воздушные выбросы, которые воздействуют на леса вокруг Байкала и делают их больными, а кроме того – сжигание лигнина. Горящий лигнин выделяет токсичные соединения.
Также Марина Рихванова считает, что с экономической точки запуск комбината Байкальск не спасет, так как БЦБК уже давно стал нерентабельным.
– Сегодня на работу принимают всего около 500 человек, и тех на непостоянной основе. Остальные сокращенные уже нашли себе другие места работы. Кроме того, люди идут туда неохотно, помня о прошлогоднем сокращении.
Марина Рихванова считает, что оборудование на комбинате морально и физически устарело, рабочие не имеют соответствующей квалификации.
– Нас ждет череда техногенных аварий, которые будут скрываться от общественности, – уверена Марина Рихванова.
По ее заявлению, в ближайшем будущем «Байкальская экологическая волна» спланирует и проведет ряд акций против запуска комбината.
По поводу экономического эффекта от запуска БЦБК Генриетта Русецкая, доктор технических наук, профессор кафедры экономики и управления бизнесом БГУЭП, сказала Телеинформу:
– Для населения Байкальска, конечно, хорошо, что комбинат снова начнет действовать – это и рабочие места и заработная плата, но перспектив у БЦБК нет. Технология производства устарела, поэтому в скором времени комбинат снова закроется. Выпускать небеленую целлюлозу экономически невыгодно, а беленую – экологически опасно. Для того чтобы улучшить экономическую ситуацию Байкальска, необходимо параллельно создавать другие предприятия.
Михаил Грачев, директор Лимнологического института, сказал:
– Могла быть разная ситуация. Могло быть аховое положение, которое привело к тому, что бизнесу вдруг стало необходимо запустить комбинат. Но никто не объяснил это народу – ни народу Байкальска, ни народу Иркутска, ни народу России. Вряд ли это можно считать символом зарождающейся российской общности. Я очень удивлен, что совершенно никто не попытался объяснить народу, в чем дело.
Также Михаил Грачев отметил, что все предыдущие наработки в области защиты озера оказались напрасными. В частности – строительство очистных сооружений в Байкальске, на которые были потрачены около полутораста миллионов рублей. Кроме того, обессмыслились все соглашения по перепрофилированию комбината:
– К несчастью все эти вещи потеряли смысл, – сказал Михаил Грачев.
Ученый привел в пример экономически успешный Селенгинский ЦБК, который работает в режиме замкнутого водооборота, и не сбрасывает «ни единого миллилитра стоков в Байкал».
Участник Байкальского движения, председатель коллегиального совета профсоюзных организаций Иркутска Валерий Лукин, специально для Телеинформа сказал:
– Правительство России исключило производство целлюлозы, бумаги и картона из перечня видов деятельности, запрещенных в центральной экологической зоне Байкала. Все эти изменения сделаны в угоду олигархическим группам и в ущерб настоящему и будущему поколениям. Все, за что боролись наши экологи, – коту под хвост. Мне, как гражданину России, не безразлична судьба озера, которое внесено в «Список всемирного наследия» ЮНЕСКО и отнесено к природным чудесам света.
Получить код для блога
19.01.2010
